Yuriy Argeev was sentenced to 5.5 years in a general regime colony for leaving supportive comments about the Azov regiment on YouTube. The court interpreted his emotional well-wishes as the public justification of terrorism.

Юрий Аргеев — уроженец села Ользоны Баяндаевского района Иркутской области, он занимался разведением свиней и выращиванием винограда. Его обвинили в публичном оправдании терроризма в Интернете. Основанием для уголовного дела стали его комментарии в поддержку украинского воинского формирования «Азов» и его командира с позывным «Рэдис», оставленные под видеороликами на YouTube: «Здоровья Редису! Слава Украине! Я из россии», «Боже, храни Азов». В марте 2026 года Аргеева приговорили к 5,5 годам колонии общего режима с последующим трёхлетним запретом на публикации в сети. Полное описание По сообщению пресс-службы суда, Аргеева обвинили в том, что «будучи противником проведения специальной военной операции и не поддерживая внешнеполитический курс Российской Федерации, на видеохостинге “Youtube” под различными видеороликами проукраинской направленности, связанными с украинским военизированным националистическим объединением “Азов” и его командиром с позывным “Редис”, разместил такие комментарии как: “Здоровья Редису! Слава Украине! Я из россии”, “Боже, храни Азов”, тем самым оправдывая их террористическую деятельность». Другие детали дела неизвестны, как и дата его возбуждения. Неизвестно также, был ли взят Аргеев под стражу до вынесения приговора.  11 марта 2026 года судья 2-го Восточного окружного военного суда в Чите Юголайнин Олег Викторович, в процессе с участием гособвинителя Бережко Я. И. за одно заседание рассмотрел дело и приговорил Аргеева к 5 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии общего режима и запрета публикаций в Интернете ещё на 3 года. Приговор был обжалован самим осуждённым и его адвокатом, дело находится в рассмотрении судьи Апелляционного военного суда Бельдзейко Игоря Николаевича.  В суде интересы Аргеева представлял адвокат Батуев Владимир Догарцыренович. 29 декабря 2025 года Аргеев был внесён в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга с пометкой о принадлежности к терроризму. Основания признания политзаключённым О наличии в деле против Аргеева политического мотива говорит даже краткий релиз пресс-службы суда, где Аргеев определяется, как «противник специальной военной операции», который «не поддерживает внешнеполитический курс Российской Федерации». Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»). При этом согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 N 1 (ред. от 03.11.2016), «публичное оправдание терроризма образует состав оконченного преступления с момента публичного выступления лица, в котором оно заявляет о признании идеологии и практики терроризма правильными и заслуживающими поддержки и подражания».  Аргеев был осуждён за два высказывания в комментариях под роликами Youtube, относящихся к украинскому военному подразделению «Азов» и одному из его командиров, Денису Прокопенко, имеющему позывной «Рэдис». Поскольку пресс-службы цитирует два комментария, а Аргееву упомянутая статья была вменена дважды, скорее всего, каждый из комментариев стал отдельным основанием для обвинения. Упомянутые же комментарии: «Здоровья Редису! Слава Украине! Я из россии» и «Боже, храни Азов» — являются не более чем эмоциональными пожеланиями благополучия в адрес Украины, «Азова» и Прокопенко. В них самих не содержится оправдания терроризма и каких-либо аспектов идеологии терроризма в них усмотреть невозможно. Не упомянуто также и содержание террористической деятельности «Азова», на которую указывала пресс-служба.Из этого можно заключить, что обвинение в оправдании терроризма предъявлено Аргееву исключительно в силу того, что «Азов», к деятельности которого имеют отношение оба комментария, признан в России террористической организацией. Однако подобное обвинение представляется явно необоснованным, поскольку диспозиция ст. 205.2 УК РФ предусматривает ответственность за высказывания в зависимости от их содержания, а не статуса их автора или адресата.Более того, на наш взгляд, неправомочно вообще рассматривать «Азов» как террористическую организацию или сообщество — это формирование представляет собой официальное подразделение украинской армии, а его деятельность — не терроризм, а законные военные действия по защите Украины от агрессии. Подробный анализ решения Верховного суда о признании «Азова» террористической организацией можно прочитать здесь. В целом сложно себе представить, чтобы высказывания, написанные Аргеевым, то есть рядовым пользователем среди сотен или тысяч других под роликами на Youtube, могли бы нести реальную общественную опасность, даже если бы относились действительно к террористической организации. Наша позиция заключается в том, что короткие и эмоциональные реплики-комментарии, являющиеся по сути «лайками» и существующие лишь в контексте публикаций, под которыми они размещены, не могут побудить кого-либо к каким-либо общественно-опасным действиям, а именно это должны учитывать суды, рассматривая деяния, квалифицированные по ст. 205.2 УК РФ. Особенно абсурдным представляется вменение в качестве отдельного преступного эпизода комментария, в котором связь с «Азовом» заключается единственно в пожелании здоровья его бойцу.  Таким образом мы выступаем против расширительного толкования понятия «оправдание терроризма» и искусственной криминализации действий в том числе и Юрия Аргеева. Помимо того, что использование этой статьи Уголовного кодекса позволяет ФСБ держать в страхе общество, оно также даёт возможность её сотрудникам имитировать деятельность по борьбе с терроризмом, вместо серьёзной работы — возбуждать дела за высказывания в Интернете, улучшая свои рабочие показатели, получая новые звания и премии. Следует также отметить, что ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 168, в 2024 — 293, в 2025 году — 331, при этом данные за 2025 год ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 76 таких дел. Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России. Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно Международному руководству по определению понятия «политический заключённый» находит, что уголовное дело в отношении Юрия Аргеева является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения, справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Юрия Аргеева политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий. Дата обновления справки: 16.07.2026 г.