Grigory Sinchenko, a Ukrainian citizen, is facing a massive trial in Russia involving 47 episodes of alleged crimes, including sabotage and terrorism. He claims his confessions were obtained through severe torture, including electric shocks and beatings.

Обвинительное заключение по делу 33-летнего украинца Григория Синченко состоит почти из 400 страниц. Изначально дело было возбуждено в ноябре 2016 года по статье УК самопровозглашенной ДНР об уничтожении чужого имущества путем взрыва. К моменту, когда в апреле 2023-го дело было передано в ростовский суд, Донецкая область уже была аннексирована и объявлена частью России, а статьям УК ДНР пришлось искать аналоги в российском уголовном кодексе. За эти годы обвинение расширилось настолько, что описать подробно каждый из 47 вменяемых мужчине эпизодов весьма затруднительно.В обвинении Синченко 15 эпизодов по статьям о незаконном хранении оружия и взрывчатки, 12 эпизодов по статье об изготовлении взрывчатки, шесть эпизодов по статье о диверсии и один — о покушении на диверсию, три эпизода по статье о посягательстве на жизнь силовика, в том числе приготовление и организация такого преступления, два эпизода по статье об уничтожении чужого имущества и один — об организации уничтожения, два эпизода по статье о подготовке покушения на сотрудника суда либо человека, участвовавшего в судебном процессе, а также по одному эпизоду по статьям о шпионаже, участии в террористическом сообществе, вымогательстве, незаконном пересечении границы и побеге из-под стражи.В суде Синченко признал вину только по одной статье — о побеге. В деле есть его признательные показания по множеству других эпизодов, но украинец настаивает, что дал их только потому, что его пытали.Подрывы киосковОсенью 2016 года в Донецке взорвались четыре киоска, в которых продавались сигареты. На местах взрывов были разбросаны листовки с адресами электронной почты и текстом: «Заплатите, и этот взрыв станет последним». О подрывах табачных ларьков писали и украинские СМИ, которые предполагали, что за этим стоят «боевики ДНР», и пользователи соцсетей; особенно их удивляло, что бомбы срабатывали ночью, когда в городе действовал строгий комендантский час. 2 декабря силовики задержали подозреваемого: 25-летнего Григория Синченко, уроженца Макеевки, города-спутника Донецка. До 2014 года он учился на политолога в Симферопольском университете, но после аннексии Крыма отказался писать заявление на обучение в российском вузе и был отчислен. По словам его матери Татьяны Гулевской, зарабатывал Григорий мелким ремонтом, а в 2016 году приехал в Донецк, чтобы восстановить документы по инвалидности, поскольку с детства имеет хроническую травму позвоночника.После задержания в квартире Синченко провели обыск. Согласно протоколу, силовики нашли там множество компонентов взрывчатки, копии листовок, которые оставляли на месте взорванных киосков, и принтер, на котором они были напечатаны. Мать Григория отмечала, что оперативники вели себя как грабители. «Из нашего дома тогда в ходе так называемого обыска боевики просто вывезли все ценное: бытовую технику, инструменты Григория. Даже вязанку чеснока "правоохранители" прихватили! Хотели забрать и пенсию моей матери, которой сейчас 84 года, но она их пристыдила, и деньги все же оставили», — вспоминала она через три года после обыска.Григория заключили под стражу в СИЗО Донецка, где он пробыл почти год. Там, по словам Татьяны Гулевской, над ним жестоко издевались: избивали до потери сознания и пытали током. «Сына били так, что у него произошел разрыв легкого и он чуть не умер в СИЗО», — рассказала она.Фото: личный архив Татьяны ГулевскойВ декабре 2017 года Синченко передали украинским властям в рамках большого обмена между Киевом и самопровозглашенными республиками, тогда были освобождены 74 гражданина Украины. Из Донецка его увезли в Харьков, где он прошел двухнедельный курс реабилитации и стал жить в комнате, которую выделила служба социальной защиты. Тогда же, по версии российского следствия, Синченко завербовали сотрудники СБУ, которым он передал имена десяти оперативников, прокуроров и следователей, причастных к его делу о подрыве сигаретных ларьков. Через год после освобождения Синченко решил вернуться в Донецк. По версии обвинения, для этого он купил GPS-навигатор и сложным маршрутом добрался сначала в Белгород, потом в Матвеев Курган, а затем и в ДНР, перейдя границу лесом. Осенью 2019 года его задержали вновь, обвинив в серии взрывов в нескольких донецких городах. На этот раз, утверждает следствие, Синченко действовал по указанию украинских спецслужб — и вернулся на родину, чтобы организовать убийства силовиков и диверсии. В ростовском суде Синченко это отрицал.Шесть лет назад его мать описывала мотивы возвращения Григория так: «Сын ненавидел несправедливость, и ему очень хотелось отомстить за пережитые пытки и грабеж, который учинили в нашем доме. Я, конечно, отговаривала его от этого рискованного шага, но он взрослый, самостоятельный». Сейчас в разговоре с «Медиазоной» она уточняет: «Слово "отомстить" не подходит: это не месть, а привлечение общественного внимания к пыткам. Никому он не отомстил, все, кто его пытал, живы и здоровы».Впрочем, преступления из мести ее сыну тоже вменяют; по версии обвинения, именно поэтому он пытался убить силовиков, следователя и адвоката, имевших отношение к его первому уголовному делу. Возвращение в Донецк31 октября 2019 года Синченко снова задержали. В тот же день в его квартире, как и за три года до этого, прошел обыск. Помимо различных компонентов взрывных устройств, силовики обнаружили там блокноты с паспортными данными сотрудников прокуратуры и УБОП донецкой милиции, а также контактами сотрудников СБУ и напоминаниями перезвонить им. При этом мать Григория говорила, что дома у них «ничего не нашли», а сын после возвращения в Донецк жил не в этой квартире, а в палатке в лесу. На участке дома бабушки Синченко, куда «избитого и окровавленного» Григория привели в наручниках, силовики изъяли спрятанный ноутбук, в котором, если верить обвинительному заключению, украинец хранил множество видеозаписей испытаний взрывчатки, а на городском кладбище нашли жесткий диск, тоже заполненный съемками взрывов. В качестве доказательства того, что бомбы взрывал именно Синченко, следователи сослались на страницы «ВКонтакте», зарегистрированные, по их утверждению, на него: «ФСБ САСАЙ», «ВРАГ ГОСУДАРСТВА» и «Воин свободы», на которые были загружены видеозаписи. В протоколе допроса, который, как утверждает сейчас Григорий, он подписал после пыток, говорится, что после возвращения он на самом деле жил в своей старой квартире, но не говорил об этом матери, которая в это время была на заработках в России. Дни он проводил в интернете, а из дома выходил только рано утром, когда еще было темно. По городу Синченко передвигался исключительно на велосипеде, наведываясь к открытию на местные рынки в поисках компонентов для взрывных устройств. В одной из лесопосадок он проводил испытания, снимая их на камеру, а записи хранил на ноутбуке, спрятанном на участке бабушки. 1 января 2019 года Синченко, по версии следствия, подорвал опору железнодорожного моста в Пролетарском районе Донецка, видео этого взрыва позже обнаружили в его ноутбуке. Бомбу он сделал из шестилитровой бутылки, наполненной взрывчатым веществом, к которой он присоединил будильник с транзистором и детонатором. Согласно обвинению, этот участок железной дороги почти год не могли использовать, поэтому госпредприятие «Донецкая железная дорога» потеряло 2,3 млн рублей. После взрыва Григорий две недели не выходил из дома, мониторя новости. Весной Синченко, говорится в протоколе допроса, стал ездить на трамвае мимо здания УБОП, чтобы следить и записывать информацию об автомобилях на парковке учреждения. Периодически он видел там белый «Кадиллак», выделявшийся среди других автомобилей. Поскольку машина выглядела недешево, Синченко подумал, что она принадлежит кому-то из руководителей УБОП, и решил ее взорвать. Фото: Эрик Романенко / ТАССОпасаясь, что если он будет действовать сам, то его может узнать кто-то из сотрудников УБОП, мужчина нашел помощника через опубликованное во «ВКонтакте» объявление о высокооплачиваемой работе. Откликнувшемуся на предложение наемнику Синченко объяснил, что нужно будет забрать закладку и установить ее под днище автомобиля; за эту услугу он пообещал тысячу долларов. В обвинительном заключении не объясняется, откуда у Синченко были деньги. Бомбу с транзисторами, реагирующими на вибрацию, Григорий снова собрал сам. Он спрятал ее на окраине города, а чтобы подельнику было легче ее найти, на месте закладки на мосту нарисовал красной краской сердце. 28 июля он прочитал в паблике «Инцидент Донецк» пост о взрыве внедорожника белого цвета. Тогда он перевел эквивалент тысячи долларов в биткоинах на адрес исполнителя. Самого наемника следователи так и не нашли.Автомобиль принадлежал помощнику оперуполномоченного УБОП Павлу Журбе. По пути домой из отдела он заметил, что двигатель работает как-то странно, открыл дверь и попытался выйти на улицу, когда раздался взрыв. Сам милиционер не пострадал, но пригнанный из США за три года до этого дорогой автомобиль не подлежал восстановлению.Кроме того, из обвинительного заключения следует, что Синченко собирался взорвать еще три автомобиля с парковки УБОП, а также заложить бомбы по домашним адресам начальника отдела Владимира Захарова, следователя Рината Гайнутдинова, который расследовал его дело о взрыве сигаретных ларьков, и Елены Шишкиной, выступавшей адвокатом по его делу, а в дальнейшем сделавшей в ДНР политическую карьеру. Их адреса он нашел в украинской базе «Миротворец» и нанял в даркнете людей, согласившихся вести наружное наблюдение за ними: записывать, когда те приезжают и уезжают домой. Однако бомбы заложить не успел, эти эпизоды доказываются только записями из блокнотов и показаниями самих потерпевших. Следствие настаивает, что Синченко хотел убить любого сотрудника УБОП «в качестве мести за привлечение к уголовной ответственности».Параллельно с этим, утверждается в обвинении, Синченко прорабатывал варианты диверсий на объектах инфраструктуры ДНР. Так, в начале августа он стал ездить в Шахтерск, где заприметил на достаточном отдалении от блокпостов четыре столба линии электропередачи. После нескольких подготовительных выездов в ночь на 13 августа он установил собранные бомбы, завел таймер на утро и уехал домой. На следующий день он прочитал о взрыве в СМИ: взорвались три опоры из четырех. Через месяц Синченко решил заложить бомбу на железной дороге. Она должна была среагировать при приближении поезда, но устройство смогли обнаружить при проверке путей — об этом Григорий тоже прочитал в новостях. В конце того же месяца он поехал в Иловайск и заложил бомбу под еще одним столбом электропередачи; этот взрыв Синченко, как уверяет обвинение, заснял на видео, которое тоже потом нашли в его ноутбуке. Еще один взорванный столб, который вменили Синченко, оказался в поселке Моспино.Статья«В детстве, когда мы шалим, нас папа наказывает». В донецкой воинской части в собачьих вольерах держали не только солдатВзрывы из канализации27 сентября 2019 года, за месяц до ареста Синченко, к его бабушке пришли силовики. «Мне и маме угрожали, надевали нам на головы мешки. Я испугалась, что меня тоже могут забрать "на подвал", и решила покинуть город», — рассказывала Татьяна Гулевская после задержания сына. В обвинении утверждается, что при этом она «понимала», что тот занимается взрывами, поскольку он «неоднократно уходил на несколько дней и говорил, что с ним не будет никакой связи». Узнав о визите силовиков, Григорий решил поменять место жительства (при этом из обвинения не до конца ясно, где он жил на тот момент) и стал прятаться в бетонной трубе канализации у городского кладбища. Туда же он перенес все компоненты для взрывчатки. Одну из собранных там бомб он решил использовать на оборудовании сотового оператора «Феникс», установленном в Пролетарском районе Донецка. Как и раньше, Синченко установил ее ночью, а таймер выставил на утро 27 октября. В этот раз он дождался рассвета в лесопосадке, чтобы заснять взрыв на камеру. Это единственная из упомянутых в обвинении записей, которую действительно можно найти в сети. После того как бомба сдетонировала, автор видео показал на камеру листок бумаги с изображением мема Trollface и подписью: «Это сделано с целью привлечь внимание к бесчеловечным пыткам на подвалах МГБ. Жестокое обращение и привязывание к конечностям проводов с током в "народных" республиках стали нормой. Народ Донбасса должен выйти на акцию протеста против пыток, или фашистская республика останется без связи». По версии следствия, после взрыва Синченко доехал до интернет-кафе и сам выложил эту запись на созданной им странице «ВКонтакте» «Чудотворец». Через два дня, 29 октября, Синченко, согласно обвинению, уже без каких-либо посредников заложил бомбу под очередную машину на парковке УБОП. В этот раз выбор пал на белый внедорожник «Ленд Крузер».Позже оказалось, что машина принадлежала не оперативникам, а обвиняемой по уголовному делу о мошенничестве: ее автомобиль изъяли в качестве вещдока и временно оставили на парковке УБОП. Бомбу под днищем обнаружил следователь, который осматривал машину. Деактивировать устройство не удалось, поэтому саперам пришлось взорвать его вместе с автомобилем. Еще через два дня, 31 октября, Синченко задержали. Следствие считает, что в этот день он собирался уехать из ДНР в Россию, чтобы затем отправиться в Харьков.СтатьяРоссия удерживает как минимум сотни украинцев, заподозренных в «противодействии СВО». Их родственники попытались обжаловать эту практику в московском судеПобег и судВ материалах дела говорится, что в день задержания Синченко отправили в ИВС Донецка. Однако на самом деле, рассказывал украинец на процессе в ростовском суде, первые две недели его держали «в неустановленном месте в комнате размером около одного метра квадратного и без окон», где морили голодом и не давали спать. «Меня периодически оттуда доставали, пытали током, избивали с целью принуждения к даче показаний», — говорил он. Родственники Григория не знали, где он находится, пока в мае 2020 года в квартиру его бабушки не наведались корреспонденты донецких телеканалов; оказалось, что ее внук сбежал из изолятора. На видео о розыске молодого человека его мать обратила внимание на отметины у рта и щеки, она считает, что это метки от электрического тока. Синченко смог сбежать из прогулочного дворика ИВС, когда обнаружил, что один из шлакоблоков в окружающей изолятор стене плохо держится на цементе; при этом этот участок дворика находится вне зоны видимости камеры. Во время каждой прогулки Синченко выбирал момент, когда за ним никто не наблюдает, и бил ногой по шлакоблоку, пока тот окончательно не расшатался. 21 мая, когда надзиратели отвлеклись, Синченко вытащил камень, пролез в отверстие и сбежал. Вероятно, задержали его в тот же день; как и где именно, в обвинении не указано. После побега Григория заключили в тот же СИЗО Донецка, о пытках в котором он говорил в 2017 году. Осенью 2021 года его мать рассказала о новых пытках: «Его зверски избивали, требуя отказаться от нашего адвоката и подписаться под того, которого они хотят. Гриша порезал вены и кровью в камере написал протест против пыток». По словам тогдашнего омбудсмена Украины Людмилы Денисовой, на стене камеры Синченко кровью написал имя следователя по его делу, Станислава Кошевого. В декабре того же года Денисова называла состояние Григория критическим. Позже, во время суда, он рассказал, что эта акция была протестом против пыток: по его словам, летом сотрудники УБОП ДНР вывезли его из СИЗО, жестоко избили и душили пакетом.Дело Синченко передали в Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону только в апреле 2023 года. На время процесса его переместили в ростовское СИЗО-1, а потом перевели в СИЗО № 2 Таганрога, которое стало пыточным для пленных украинцев. По словам Татьяны Гулевской, там ее сына тоже пытали: к одному из заседаний в августе 2024 года он подключился по видеосвязи со ссадинами и гематомами на лице. Статья«Ад со всеми его демонами». Как СИЗО для подростков в Таганроге превратили в пыточный лагерь для украинских пленныхДля рассмотрения дела в суде понадобилось почти два года. 19 марта Григория Синченко приговорили к 26 годам строгого режима. Гособвинитель — представлять обвинение в Ростов специально приезжал генпрокурор ДНР Андрей Спивак — запрашивал ему 27 лет заключения, из них первые 10 лет — в тюрьме. В итоге суд постановил, что Синченко должен провести в тюрьме только первые пять лет. С учетом этого, после приговора он сможет уехать в колонию. Мать Григория Татьяна отметила в разговоре с «Медиазоной», что рада этому: в противном случае ее сын продолжил бы сидеть в одиночных камерах, где он находился с 2020 года. С прошлого года Синченко защищает Олег Иващенко, говорить о деле украинца он не захотел. Его прошлый адвокат Никита Буклов, от которого, по словам матери Синченко, ее сына и заставляли отказаться, вышел из дела. «Медиазоне» он сказал лишь, что на то «были причины». Редактор: Мария Климова